воскресенье, 10 июня 2012 г.

Боязнь темноты

 

 

Боязнь темноты — один из наиболее распространенных страхов у детей. Часто она начинается лет с трех и длится до предподросткового и даже подросткового возраста.

Большинство из нас в темноте теряют ориентацию. Все знакомые нам ориентиры исчезают. И даже если не исчезают, то изменяют свой облик и кажутся более зловещими и таинственными, чем их дневные двойники. Темнота — это мир теней и загадок. Это — время, когда мы чувствуем себя изолированными, остаемся наедине со своими мыслями, фантазиями и страхами.

Для большинства детей боязнь темноты сопряжена со страхом неизвестности. Иногда этот страх вызывается самым состоянием темноты, становясь фобией темноты. Эту разновидность страха можно рассматривать и лечить по типу других страхов и фобий.

“Видение” чудовищ в темноте — явление настолько обычное, что может считаться почти всеобщим. Обладая богатым воображением, дети зачастую не способны отличить фантазию от действительности. Для них чудовища, которых они якобы видят, так же реальны, как вы или я.

Обычно вы стараетесь убедить напуганных детей, что нет никаких чудовищ, ведьм или каких-то других мерзких тварей, которые им чудятся. Но дети вам не верят. Они могут согласиться, что сейчас, когда вы с ними, чудовищ в комнате нет, но они совершенно уверены, что стоит вам только уйти и выключить свет, они появятся вновь. Более того, когда вы утверждаете, что чудовищ не существует и это все — плод их глупых фантазий, дети чувствуют себя униженными и непонятыми. Под гнетом страха дети считают себя в какой-то степени неполноценными и без этого дополнительного стресса.

Можно, конечно, порекомендовать родителям включать свет и показывать ребенку, что страшное чудовище, которое он “видел”, в действительности, всего-навсего — оставленная на стуле одежда, и т.д. Но важно также снабдить детей средством, которое поможет им справиться с воображаемыми чудовищами в ваше отсутствие. Другими словами, необходимо помочь им почувствовать себя более сильными перед лицом представляющихся опасностей.

Нередко чудовища являются проекцией злости, раздражения или дурного настроения ребенка. Они содержат в себе “дурные” чувства и эмоции, с которыми ребенку трудно справиться. Таким образом, предоставляя ребенку возможность изучить этих чудовищ и противостоять им, вы, в то же время, указываете ему на путь владения собой.

Иногда ночные страхи детей сосредоточены вокруг грабителей и похитителей детей, особенно если такие события действительно имели место и обсуждались взрослыми. С детьми, которые боятся грабителей, похитителей детей и т.п., полезно прорепетировать действия, которые они могли бы предпринять, обнаружив в доме, скажем, вора-взломщика. Они могут, например, побежать в комнату своих родителей и позвать их. Покажите детям, что двери и окна их дома заперты, и, стало быть, ночью им ничто не угрожает. Дети могут также сами сконструировать для себя сигнализацию или системы устрашения взломщиков. По своему воздействию они подобны “волшебному средству”, позволяющему ребенку вернуть самообладание.

Важно, чтобы постель, спальня стали местом, где ребенок успокаивается, а не местом, где он “отбывает наказание”. В последнем случае постель и спальня могут вызывать у него отрицательные эмоции. А комната, вызывающая такие эмоции, становится вместилищем всевозможных страхов.

Установите ночное освещение, которое ребенок мог бы включать и выключать по своему желанию. Очень поможет также специальное придуманное устройство. Таковым может служить все что угодно — от карманного фонарика до пустого аэрозольного баллончика.

Можно также порекомендовать вашему ребенку рисовать чудовищ, а затем рвать эти рисунки в клочья, или лепить их из глины, чтобы потом сплющить их в лепешки. Это позволяет вашему ребенку не только выразить свои “чудовищные” чувства и эмоции, но и меньше бояться чудовищ и, в конечном итоге, обрести власть над ними.

История про Энни

Энни была маленькой девочкой, которая жила в коричневом кирпичном доме вместе с мамой, папой и большой черной собакой. (Варьируйте детали рассказа, применительно к окружению вашего ребенка.)

Приближалось время сна. Значит ей нужно было ложиться в постель. Но Энни изо всех сил старалась что-то придумать, чтобы отодвинуть это время.(Дети, боящиеся чудовищ в темноте, прибегают к разного рода хитростям, чтобы отсрочить время сна.)

“Я очень проголодалась, — заявила она маме. — Я думаю, мне надо хорошенько поесть, прежде чем ложиться спать”.

“Не выдумывай, деточка моя, — ответила мама. — Ты отлично поужинала, и сейчас слишком поздно есть”.

Энни на минутку задумалась.

“Сейчас идет интересная передача по телевидению, и я хочу ее посмотреть. Я останусь здесь”.

“Никаких “останусь”, — твердо ответила мама. — Через пять минут ты должна быть в постели!”

“О, я забыла кое-что рассказать Нэнси, — схитрила Энни. — Я должна ей позвонить”.

“Нэнси уже спит, деточка моя, — сказала мама. — Расскажешь ей обо всем завтра в школе”.

“Мне бы стаканчик водички”, — продолжала придумывать Энни.

“Ты же пила буквально минуту назад, — ответила мама. — Я думаю, сейчас тебе пора спать”.

Мама поцеловала Энни и укрыла ее одеялом.

“Доброй ночи, спи, моя детка, крепко, и чтоб клопы не кусали мою детку”, — пожелала она своей дочке на прощанье.

Энни тяжело вздохнула. Она боялась не клопов, а совсем других существ. Но, может быть, ей повезет, и они не придут сегодня ночью.

Мама выключила свет. Энни слышала ее шаги, которые прозвучали удаляющимся эхом в холле. Она почувствовала себя очень одиноко, и ей стало страшно. Энни нырнула под одеяло, уползая вглубь, как маленький червячок уползает от ранней пташки.

Под одеялом было безопаснее. Ее никто не мог увидеть, и она также не могла видеть никого. Она была как невидимка. “А ведь как было бы здорово побыть хоть немного невидимкой, — подумала Энни. — Тогда можно было бы потихоньку подкрасться к людям и рявкнуть над ухом “У-у-у!!!” — как раз в тот момент, когда они занесли над своими блинами ложечку с вареньем. А еще здорово было бы послушать, о чем так тихо говорят мама с папой, отправив свою ненаглядную доченьку поиграть в другую комнату. Можно было бы подкрасться ночью к дому этой вреднятины Дженни Браун, проникнуть туда и устроить ей “концертик” — попурри из шумов, создаваемых привидениями, и проучить ее, чтобы ей впредь неповадно было делать Энни всякие гадости в школе.

Энни глубоко вздохнула. Но вот ведь беда: оставаться невидимкой под одеялом — нестерпимо жарко. И беда еще в том, что стоит только высунуть нос из-под одеяла, как ты становишься видимой снова. Так что, этот план вряд ли осуществим. Но, может быть, на ее счастье они все-таки не появятся этой ночью.

Медленно-медленно, потихонечку Энни выползла из-под одеяла, открыла глаза и огляделась. В комнате была тьма кромешная. Но в этой тьме она могла разглядеть шкафы, занавески и жиденький, тусклый свет уличных фонарей, проникающий сквозь окно. Она увидела свой стол. Она увидела...

“А-а-а!” — Энни выпрыгнула с кровати и с воплем помчалась в гостиную.

Вскочила мама. “Энни, Энни, девочка моя! Что случилось?” — встревожилась она.

“Чудовище!!! — задыхаясь от испуга произнесла Энни. — Там, в моей комнате — чудовище”. И она расплакалась.

Мама крепко обняла ее. “Видно, тебя здорово напугали”, — сказала она.

Энни кивнула головой. “Это были огромные, мерзкие чудовища, — произнесла она сквозь слезы.

— Они хотели схватить меня”.

“Хочешь, я пойду с тобой в твою комнату?” — спросила мама.

Энни кивнула.

“Но сначала, — сказала мама, — я должна сходить на кухню... У меня там есть одна вещица, которая наводит ужас на чудовищ”.

“Ой, правда?” — обрадовалась Энни.

“Сущая правда!” — уверенно сказала мама.

“Чудовища этого совершенно не переносят. Как только они это видят, они моментально испаряются”.

“А что это?” — спросила Энни. Она сгорала от любопытства. Подумать только: у мамы на кухне есть средство от чудовищ — противомонстровое оружие!

Когда они пришли на кухню, мама Энни выдвинула ящик и достала что-то оттуда. Это “что-то” было похоже на короткую, толстую пластиковую палку со стеклышком на одном конце. Предмет был блестящий, синего цвета.

Энни посмотрела на него с некоторым сомнением.

“Это — особый, волшебный противомонстровый фонарик, — сказала мама. — Вот посмотри”. Она передвинула кнопочку сбоку фонарика.

“О, вот здорово-то! — сказала Энни, не спуская глаз с лучика света, бившего из фонарика. — А как он действует?”

“Дело в том, — сказала мама, — что чудовища боятся света”.

“Правда?” — удивилась Энни.

“Правда, — подтвердила мама. — Ведь ты боишься тьмы. Разве не так? Так вот, а чудовища боятся света”.

“Да?, — изумилась Энни, начиная понимать что к чему. — Значит, ты хочешь сказать, что если я увижу чудовища в темной комнате, когда лежу в постели, мне стоит только включить волшебный противомонстровый фонарик, и они сразу дадут тягу?”

“Вот именно, — ответила мама. — Особенно они не выносят луч света, исходящий из волшебного противомонстрового фонарика”. Она взяла Энни за руку. — Пойдем в твою комнату, включим свет и ты увидишь, что там нет никаких чудовищ”.

Когда они пришли в комнату, Энни тщательно осмотрела все вокруг. Она заглянула в шкаф, за занавеску и под кровать, но не нашла ни одного чудовища.

“Верно, — сказала Энни. — Должно быть, фонарик отпугнул их”.

“А теперь, — сказала мама, — устраивайся в постели поудобнее и ничего не бойся — ты в полной безопасности, а твой волшебный фонарик мы положим здесь, рядом с твоей кроватью”.

“Хорошо”, — сказала Энни. Рядом со своим волшебным фонариком она чувствовала себя в безопасности.

“Спокойной ночи”, — попрощалась с ней мама и поцеловала ее.

Энни закрыла глаза и сразу же заснула. (На этом заканчивается первая часть рассказа. Здесь можно прерваться.)

На следующее утро Энни спросила: “Можно мне взять кусок картона и большой черный фломастер?”

“Конечно, — сказала мама. — А зачем это тебе?”

“Это — секрет, — ответила Энни. — Я покажу тебе, когда закончу”.

Она ушла в свою комнату и принялась за работу.

Через час Энни вышла. “Посмотри, что я сделала”, — сказала она маме. В руках у нее был большой кусок картона с надписью: “ПРОЧЬ, ЧУДОВИЩА”, “ЭТА КОМНАТА ОХРАНЯЕТСЯ ВОЛШЕБНЫМ ПРОТИВОМОНСТРОВЫМ ФОНАРИКОМ”.

“Да, — сказала мама тоном, исключающим всякие сомнения. — Это наверняка отпугнет чудовище”.

Энни гордо кивнула головой.

“А что из себя представляют твои чудовища?” — спросила мама.

“Они подлые и гадкие существа”, — ответила Энни.

“Почему бы тебе не нарисовать их? — предложила мама. — Ты бы тогда могла показать мне, какие они подлые и гадкие”. (Художественные занятия помогают ребенку выразить свои переживания, вызванные чудовищами, и обрести чувство власти над ними.)

“Хорошо”, — согласилась Энни. Она любила рисовать. Энни изобразила чудовища такими, какими видела их в прошлую ночь. Она снабдила их желтыми, мерцающими в темноте глазами, заостренными зубами, и языками ярко-красного цвета.

“Боже мой! — воскликнула мама. — Они действительно безобразны. Да, к тому же, очень злые”.

“Они в самом деле были очень злые, — подтвердила Энни. — Они были злы еще больше, чем я, когда Дженни говорила обо мне гадости Саре, и когда я упала с велосипеда, и когда ты не позволила мне остаться посмотреть телевизор”. Она остановилась, чтобы сделать передышку. “И все это случилось в один и тот же день”.

“Все в один и тот же день?” — удивилась мама.

“Должно быть это был действительно несчастливый день для тебя”.

“Еще бы”, — подтвердила Энни.

“А известно ли тебе, — продолжала мама, — что иногда, когда ты очень злишься и не знаешь, что с этим делать, твоя злость ночью выползает наружу и, маскируясь, появляется в виде чудовищ?”

“Неужели?” — Глаза Энни широко раскрылись от удивления.

Мама кивнула головой.

“Зачем? — спросила Энни. — Зачем она это делает?”

“Наверное, потому, — ответила мама, — что злость хочет, чтобы ее заметили. А иногда потому, что хочет что-то сказать тебе”.

“А может ли злость причинить кому-нибудь боль?” — спросила Энни.

“Нет”, — ответила мама. — “Злость это — всего лишь чувство, состояние. Это что-то вроде пара. Если ее накапливается слишком много, ей требуется выход. Точно так же, как, скажем, пару требуется выйти наружу, когда вода в чайнике закипает. Для того, чтобы “выпустить пар” злости, ты можешь, например, взбить подушку, походить взад-вперед по тротуару или нарисовать картинку с изображением злости”.

“Разве все мои чудовища появляются из-за моей злости?” — спросила Энни.

“По крайней мере, многие из них, — ответила мама. — Другие могут появляться, когда ты грустна или напугана, а некоторые вообще происходят неизвестно отчего и откуда. Но обычно им есть что сказать тебе, если ты с ними разговоришься. Иногда с ними можно даже подружиться или сказать им, какой у них дурацкий вид. Это приводит их в смущение, а чудовища этого просто не переваривают. Их всех что-то беспокоит или не устраивает. Некоторые из них считают, например, что у них слишком большие уши или чересчур красный нос. Иногда они даже начинают вас бояться. И, хотя они могут казаться очень свирепыми и злыми, на самом деле они не так страшны, как многие считают”. (Это позволяет ребенку видеть свои “чудовища” в ином свете.)

Мама Энни сделала небольшую паузу. “А поскольку у тебя теперь есть на вооружении волшебный противомонстровый фонарик, они вообще будут тебя бояться”.

“Да”, — согласилась Энни и добавила: “Мне нравится этот фонарик”.

Прошло несколько дней и ночей. Энни лежала в постели. Хотелось спать, и глаза стали закрываться против ее воли. Вдруг что-то мелькнуло перед почти уже закрывшимися глазами. Она открыла их шире и пристально вгляделась в темноту. В углу ее комнаты сидело ЧУДОВИЩЕ.
Энни мгновенно схватила свой волшебный фонарик и включила его.

Чудовище сразу отпрянуло. “Не надо!” — запищало оно. Было очень странно, что такое огромное, свирепое чудовище может издавать такой жалкий писк.

“Нет, нет! Только не этот волшебный противомонстровый фонарь!” — пищало оно, панически пятясь назад.

“Все что угодно, только не этот проклятый фонарь. Прошу тебя, отведи свет в сторону”.

“Нет, ты этого не дождешься, — твердо сказала Энни. — По крайней мере до тех пор пока не уберешься отсюда”. (Роли поменялись: Энни — хозяйка положения, чудовище покорено.)

“Это неправильно, — завопило чудовище. — Ведь ты же должна меня бояться”. Оно топнуло лапой. — “Это неправильно, — повторило оно. — Как же мне теперь быть?” Затем, громко сопя, оно подняло лапу к своей морде и потерло глаза.

К своему удивлению, Энни увидела, что чудовище плачет. (Чем более жалким выглядит чудовище, тем более сильным и уверенным в себе чувствует себя ребенок.)

“Что с тобой?” — спросила она.

“Глупый вопрос, — сердито ответило чудовище. — Со мной, разумеется, все в порядке. Просто меня только что осветили большим ужасным волшебным противомонстровым фонарем, я получил тяжелейший шок, а потом, вдобавок, еще увидел, что ты меня совсем не боишься. Почему ты считаешь, что со мной должно что-то случиться?” И чудовище вызывающе уставилось на Энни. “Я никогда в жизни никогда не чувствовал себя лучше”, — пробормотало оно и громко всхлипнуло.
Энни задумалась на несколько мгновений, потом сказала: “Я знаю, в чем твои проблемы. Или, по крайней мере, одна из твоих проблем”.

“Одна из моих проблем, — ворчливо повторило чудовище. — Ладно, всезнайка в коротких штанишках, говори: в чем моя проблема?”

“Ты злишься, — ответила Энни. — И в этом твоя проблема”.

“Конечно, я злюсь, — сказало чудовище, — но дело не в этом. Моя проблема в том, что, когда я злюсь, я люблю выходить и пугать людей. Этому нас учили в школе чудовищ. И это мне всегда удавалось. Главная моя проблема состоит в том, что ты не испугалась”.

“Ты хочешь сказать, что меня не испугаешь”, — сказала Энни.

Чудовище снова всхлипнуло: “Ты даже поправляешь меня, когда я делаю грамматические ошибки”. И оно зарыдало громче.

“Не реви, — попыталась утешить его Энни, — я знаю, что надо делать”.

Продолжая сопеть, чудовище подняло глаза.

“Моя мама научила меня, что надо делать, если злишься”, — сказала она.

“Ну, и что?” — осторожно спросило чудовище.

“Иди сюда, я расскажу тебе”, — сказала Энни.

Чудовище с тревогой кивнуло на фонарик: “Но только выключи эту штуку, иначе я не пойду”.

“Ладно, — пошла на уступку Энни и выключила фонарик. — Так лучше?”

Чудовище утвердительно кивнуло головой.

“Тогда, — сказала Энни, похлопывая по постели очень осторожно, чтобы не напугать чудовище опять, — подойди и сядь сюда”. (Энни теперь берет чудовище под свое покровительство и дружески наставляет его — обратный поворот от ситуации в начале рассказа.)

Чудовище подошло поближе и присело рядом с Энни, которая стала ему рассказывать о том, что надо делать, когда злишься.

“А это все — довольно занятное дело”, — сказало чудовище.

Энни улыбнулась. Ей было приятно это слышать.

“И ты можешь помочь мне попробовать это на практике? — спросило чудовище, явно надеясь на положительный ответ. — Мне лично по душе эта идея вдалбливания своей злости в подушку”.

“Так давай попробуем. Вот моя подушка”.

“Вот это здорово!” — обрадовалось чудовище. И они вместе принялись дубасить подушку Энни.

“А это забавно”, — сказала она.

“Замечательная идея!” — согласилось чудовище.

“У меня есть идейка и получше, — пропищала подушка. — Почему бы вам не поколотить матрац?”

Но ни Энни, ни чудовище не слышали ее слов, потому что они были слишком заняты: они покатывались со смеху.

Комментариев нет:

Отправить комментарий