среда, 23 марта 2011 г.

Белоснежка и семь гномов

Snow White

Зимним деньком, в то время как снег валил хлопьями, сидела одна королева и шила под окошечком, у которого рама была черного дерева. Шила она и на снег посматривала, и уколола себе иглой палец до крови. И подумала королева про себя: «Ах, если бы у меня родился ребеночек белый, как снег, румяный, как кровь, и чернявый, как черное дерево!»
И вскоре желание ее точно исполнилось: родилась у ней доченька — белая, как снег, румяная, как кровь, и черноволосая; и была за свою белизну названа Белоснежкой.
И чуть только родилась доченька, королева-мать и умерла. Год спустя король женился на другой. Эта вторая жена его была красавица, но и горда, и высокомерна, и никак не могла потерпеть, чтобы кто-нибудь мог с нею сравняться в красоте.

Притом у нее было такое волшебное зеркальце, перед которым она любила становиться, любовалась собой и говаривала:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей?

Тогда и отвечало ей зеркальце:
             Ты, королева, всех здесь милей.
И она отходила от зеркальца довольная-предовольная и знала, что зеркальце ей неправды не скажет.
Белоснежка же между тем подрастала и хорошела, и уже по восьмому году она была прекрасна, как ясный день.

Все окрестные жители дивились ее красе и доброте, когда она гуляла и играла на лужайках около замка.

И когда королева однажды спросила у зеркальца:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей?
Зеркальце отвечало ей:
             Ты, королева, красива собой;
             А все же Белоснежка выше красой.
Ужаснулась королева, пожелтела, позеленела от зависти. С того часа, как, бывало, увидит Белоснежку, так у ней сердце от злобы на части разорваться готово. И зависть с гордостью, словно сорные травы, так и стали возрастать в ее сердце, и разрастаться все шире и шире, так что наконец ни днем, ни ночью не стало ей покоя.
И вот позвала она однажды своего псаря и сказала:
— Выведи эту девчонку в лес, чтобы она мне более на глаза не попадалась. Убей ее и в доказательство того, что мое приказание исполнено, принеси мне ее легкое и печень.

Псарь повиновался, вывел девочку из дворца в лес, и как вынул свой охотничий нож, чтобы пронзить невинное сердце Белоснежки, та стала плакать и просить:
— Добрый человек, не убивай меня; я убегу в дремучий лес и никогда уже не вернусь домой.
Пожалел псарь хорошенькую девочку и сказал:
— Ну и ступай. Бог с тобой, бедная девочка!
А сам подумал: «Скорехонько растерзают тебя в лесу дикие звери», — и все же у него словно камень с сердца свалился, когда он пощадил ребенка.
Как раз в это время молодой олень выскочил из кустов; псарь приколол его, вынул из него легкое с печенью и принес их королеве в доказательство того, что ее приказание исполнено.
Повару приказано было их присолить и сварить, и злая баба съела их, воображая, что ест легкое и печень Белоснежки.
И вот очутилась бедняжка в дремучем лесу одна-одинешенька, и стало ей так страшно, что она каждый листочек на деревьях осматривала, и не знала, что ей делать и как ей быть.
И пустилась бежать, и бежала по острым камням и по колючим кустарникам, и звери сновали мимо нее взад и вперед, но ей не причиняли никакого вреда. Когда Белоснежка села отдохнуть, лесные зверюшки весело с ней поиграли и подсказали, в какую сторону идти дальше.

И Белоснежка опять побежала подальше от дворца со злой мачехой. Бежала она, пока несли ее резвые ноженьки, почти до вечера; когда же утомилась, то увидела маленькую хижинку и вошла в нее.

В этой хижинке все было маленькое, но такое чистенькое и красивенькое, что и сказать нельзя.
Посреди хижины стоял столик с семью маленькими тарелочками, и на каждой тарелочке по ложечке, а затем семь ножичков и вилочек, и при каждом приборе по чарочке. Около стола стояли рядком семь кроваток, прикрытых белоснежным постельным бельем.
Белоснежка, которой очень и есть, и пить хотелось, отведала с каждой тарелочки овощей и хлеба и из каждой чарочки выпила по капельке вина, потому что она не хотела все отнять у одного.
Затем, утомленная ходьбой, она пыталась прилечь на одну из кроваток; но ни одна не пришлась ей в меру; одна была слишком длинна, другая — слишком коротка, и только седьмая пришлась ей как раз впору. В ней она и улеглась, перекрестилась и заснула.
А в этом домике жили добрые веселые гномы.

Когда совсем стемнело, пришли в хижину ее хозяева — семеро гномов, которые в горах рылись, добывая руду. Засветили они свои семь свечей, и когда в хижинке стало светло, они увидели, что кто-то у них побывал, потому что не все было в том порядке, в каком они все в своем жилье оставили.

Первый сказал:
— Кто сидел на моем стульчике?
Второй:
— Кто поел да моей тарелочки?
Третий:
— Кто от моего хлебца отломил кусочек?
Четвертый:
— Кто моего кушанья отведал?
Пятый:
— Кто моей вилочкой поел?
Шестой: — Кто моим ножичком порезал?
Седьмой:
— Кто из моей чарочки отпил?
Тут первый обернулся и увидел, что на его постели была маленькая складочка; он тотчас сказал:
— Кто к моей постели прикасался?
Сбежались к кроваткам и все остальные и закричали:
— И в моей, и в моей тоже кто-то полежал!
А седьмой, заглянув в свою постель, увидел лежавшую в ней спящую Белоснежку. Позвал он и остальных, и те сбежались и стали восклицать от изумления, и принесли к кроватке свои семь свечей, чтобы осветить Белоснежку.
— Ах, Боже мой! — воскликнули они. — Как эта малютка красива! — и так все были обрадованы ее приходом, что не решились и разбудить ее, и оставили ее в покое на той постельке.
А седьмой гномик решился провести ночь так: в кроватке каждого из своих товарищей он должен был проспать по одному часу.
С наступлением утра проснулась Белоснежка и, увидев семерых гномиков, перепугалась. Они же отнеслись к ней очень ласково и спросили ее:
— Как тебя звать?

— Меня зовут Белоснежкой, — отвечала она.
— Как ты попала в наш дом? — спросили ее гномики.
Тогда она им рассказала, что мачеха приказала было ее убить, а псарь ее пощадил — и вот она бежала целый день, пока не наткнулась на их хижинку.
Гномики сказали ей:
— Не хочешь ли ты присматривать за нашим домашним обиходом — стряпать, стирать на нас, постели постилать, шить и вязать? И если ты все это будешь умело и опрятно делать, то можешь у нас остаться надолго и ни в чем не будешь терпеть недостатка.
— Извольте, — отвечала Белоснежка, — с большим удовольствием.
И осталась у них жить.
Дом гномов она содержала в большом порядке; поутру они обыкновенно уходили в горы на поиски меди и золота.

А Белоснежка работала дома по хозяйству — носила воду, наводила порядок, готовила еду.

Вечером, после работы в горах, гномы возвращались в свою хижинку, и тогда для них всегда была готова еда.

После ужина гномы и Белоснежка играли в веселые игры, пели и плясали.

Иногда Белоснежка и гномы ходили в лес погулять, повеселиться, пособирать грибы и ягоды, поиграть с лесными зверюшками, с которыми Белоснежка и гномы были дружны.

Когда гномы по утрам уходили на работу, Белоснежка весь день оставалась одна-одинешенька в доме.
Потому добрые гномики каждый раз перед уходом предостерегали ее и говорили:
— Берегись своей мачехи! Она скоро прознает, где ты находишься, так не впускай в дом никого, кроме нас.
А королева-мачеха после того, как она съела легкое и печень Белоснежки, предположила, что она и есть теперь первая красавица во всей стране, и сказала:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей?
Тогда зеркальце ей отвечало:
             Ты, королева, красива собой,
             Но все же Белоснежка, что за горой
             В доме у гномиков горных живет,
             Много тебя красотой превзойдет.
Королева испугалась; она знала, что зеркальце никогда не лгало, и поняла, что псарь ее обманул и что Белоснежка жива.
И стала она думать о том, как бы ей извести падчерицу, потому что зависть не давала ей покою и ей непременно хотелось быть первой красавицей во всей стране.

Когда же она наконец нечто придумала, она подкрасила себе лицо, переоделась старой торговкой и стала совершенно неузнаваемой.
В этом виде направилась она в путь-дорогу за семь гор к хижине семи гномов, постучалась в их дверь и крикнула:
— Товары разные, дешевые, продажные!
Белоснежка глянула из окошечка и крикнула торговке:
— Здравствуй, тетушка, что продаешь?
— Хороший товар, первейшего сорта, — отвечала торговка, — шнурки, тесемки разноцветные, — и вытащила на показ один шнурок, сплетенный из пестрого шелка.
«Ну, эту-то торговку я, конечно, могу впустить сюда», — подумала Белоснежка, отомкнула дверь и купила себе красивый шнурок.
— Э-э, дитятко, — сказала Белоснежке старуха, — на кого ты похожа! Пойди-ка сюда, дай себя зашнуровать как следует!
Белоснежка и не предположила ничего дурного, обернулась к старухе спиною и дала ей зашнуровать себя новым шнурком: та зашнуровала быстро да так крепко, что у Белоснежки разом захватило дыхание и она замертво пала наземь.
— Ну, теперь уж не бывать тебе больше первой красавицей! — сказала злая мачеха и удалилась поспешно.
Вскоре после того в вечернюю пору семеро гномов вернулись домой и как же перепугались, когда увидели Белоснежку, распростертую на земле; притом она и не двигалась, и не шевелилась, была словно мертвая.
Они ее подняли и, увидев, что она обмерла от слишком тесной шнуровки, тотчас разрезали шнурок, и она стала опять дышать, сначала понемногу, затем и совсем ожила.
Когда гномы от нее услышали о том, что с нею случилось, они сказали:
— Эта старая торговка была твоя мачеха, безбожная королева; остерегайся и никого не впускай в дом в наше отсутствие.
А злая баба, вернувшись домой, подошла к зеркальцу и спросила:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей?
И зеркальце ей по-прежнему отвечало:
             Ты, королева, красива собой,
             Но все же Белоснежка, что за горой
             В доме у гномиков горных живет,
             Много тебя красотой превзойдет.
Услышав это, злая мачеха так перепугалась, что вся кровь у нее прилила к сердцу: она поняла, что Белоснежка опять ожила.
— Ну, уж теперь-то, — сказала она, — я что-нибудь такое придумаю, что тебя сразу прикончит! — и при помощи различных чар, в которых она была искусна, она сделала ядовитый гребень.
Затем переоделась и приняла на себя образ другой старухи.
Пошла она за семь гор к дому семи гномов, постучалась в их дверь и стала кричать:
— Товары, товары продажные!
Белоснежка выглянула из окошечка и сказала:
— Проходите, я никого в дом впускать не смею.
— Ну, а посмотреть-то на товар, верно, тебе не запрещено, — сказала старуха, вытащила ядовитый гребень и показала его Белоснежке.
Гребень до такой степени приглянулся девочке, что она отворила дверь торговке.
Когда они сошлись в цене, старуха сказала:
— Дай же я тебя причешу как следует.
Бедной Белоснежке ничто дурное и в голову не пришло, и она дала старухе полную волю причесывать ее как угодно; но едва только та запустила ей гребень в волосы, как его ядовитые свойства подействовали, и Белоснежка лишилась сознания.
— Ну-ка, ты, совершенство красоты! — проговорила злая баба. — Теперь с тобою покончено, — и пошла прочь.
К счастью, это происходило под вечер, когда гномы возвращались домой.
Когда они увидели, что Белоснежка лежит замертво на земле, они тотчас заподозрили мачеху, стали доискиваться и нашли в волосах девушки ядовитый гребень, и едва только его вынули.
Белоснежка пришла в себя и рассказала все, что с ней случилось. Тогда они еще раз предостерегли ее, чтобы она была осторожнее и никому не отворяла дверь.
И опять жизнь Белоснежки и гномов потекла по-прежнему. Но перед уходом на работу в горы гномы каждый раз стали проверять, хорошо ли все заперто. Ведь через запертые двери волшебного домика гномов никакая злая королева проникнуть не могла.

А между тем королева, вернувшись домой, стала перед зеркальцем и сказала:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей?
И зеркальце отвечало ей, как прежде:
             Ты, королева, красива собой,
             Но все же Белоснежка, что за горой
             В доме у гномиков горных живет,
             Много тебя красотой превзойдет.
Когда королева это услышала, то задрожала от бешенства.
— Белоснежка должна умереть! — воскликнула она. — Если бы даже и мне с ней умереть пришлось!
Затем она удалилась в потайную комнату, в которую никто, кроме нее не входил, и там изготовила страшный яд.

Потом сделала ядовитое-преядовитое яблоко. С виду яблоко было чудесное, наливное, с румяными бочками, так что каждый, взглянув на него, хотел его отведать, а только откуси кусочек — и умрешь.
Когда яблоко было изготовлено, королева размалевала себе лицо, переоделась крестьянкою и пошла за семь гор к семи гномам.
Постучалась она у их дома, а Белоснежка и выставила головку в окошечко, и сказала:
— Не смею я никого сюда впустить, семь гномиков мне это запретили.
— А мне что до этого? — отвечала крестьянка. — Куда же я денусь со своими яблоками? На вот одно, пожалуй, я тебе подарю.

— Нет, — отвечала Белоснежка, — не смею я ничего принять.
— Да уж не отравы ли боишься? — спросила крестьянка. — Так вот, посмотри, я разрежу яблоко надвое: румяную половиночку ты скушай, а другую я сама съем.
А яблоко-то у ней было так искусно приготовлено, что только румяная половина его была отравлена.
Белоснежке очень хотелось отведать этого чудного яблока, и когда она увидела, что крестьянка ест свою половину, она уж не могла воздержаться от этого желания, протянула руку из окна и взяла отравленную половинку яблока.

Но чуть только она откусила кусочек его, как упала замертво на пол. Тут королева-мачеха посмотрела на нее ехидными глазами, громко рассмеялась и сказала:
— Вот тебе и бела, как снег, и румяна, как кровь, и чернява, как черное дерево! Ну, уж на этот раз тебя гномы оживить не смогут!
И когда она, придя домой, стала перед зеркальцем и спросила:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей? -
Зеркальце наконец ей ответило:
             Ты, королева, здесь всех милей.
Тут только и успокоилось ее завистливое сердце, насколько вообще завистливое сердце может успокоиться.
Гномы же, вечерком вернувшись домой, нашли Белоснежку распростертой на полу, бездыханной, помертвевшей. Они ее подняли, стали искать причину ее смерти — искали отраву, расшнуровали ей платье, расчесали ей волосы, обмыли ее водою с вином; однако ничто не могло помочь ей. Белоснежка была мертва и оставалась мертвою.

Они положили ее в гроб и, сев все семеро вокруг ее тела, стали оплакивать и оплакивали ровно три дня подряд.
Уж они собирались и похоронить ее, но она на вид казалась свежею, была словно живая, даже и щеки ее горели прежним чудесным румянцем.
Гномы сказали:
— Нет, мы не можем ее опустить в темные недра земли.
И заказали для нее другой, прозрачный хрустальный гроб, положили в него Белоснежку, так что ее со всех сторон можно было видеть, а на крышке написали золотыми буквами ее имя и то, что она была королевская дочь.
Затем они взнесли гроб на вершину горы, и один из гномов постоянно оставался при нем на страже. И даже звери, даже птицы, приближаясь к гробу, оплакивали Белоснежку: сначала прилетела сова, затем ворон и наконец голубочек.
И долго-долго лежала Белоснежка в гробу и не изменялась, и казалась как бы спящею, и была по-прежнему бела, как снег, румяна, как кровь, чернява, как черное дерево.
Случилось как-то, что в тот лес заехал королевич и подъехал к дому гномов, намереваясь в нем переночевать. Он увидел гроб на горе и красавицу Белоснежку в гробу и прочел то, что было написано на крышке гроба золотыми буквами.

Тогда и сказал он гномам:
— Отдайте мне гроб, я вам за него дам все, чего вы пожелаете.
Но маленькие человечки отвечали:
— Мы не отдадим его за все золото в мире.
Но королевич не отступал:
— Так подарите же мне его, я насмотреться не могу на Белоснежку: кажется, и жизнь мне без нее не мила будет! Подарите — и буду ее почитать и ценить как милую подругу!
Сжалились добрые гномы, услышав такую горячую речь из уст королевича, и отдали ему гроб Белоснежки.
Королевич приказал своим слугам нести гроб на плечах. Понесли они его да споткнулись о какую-то веточку, и от этого сотрясения выскочил из горла Белоснежки тот кусок отравленного яблока, который она откусила.
Как выскочил кусок яблока, так она открыла глаза, приподняла крышку гроба и сама поднялась в нем жива-живехонька.
— Боже мой! Где же это я? — воскликнула она.
Королевич сказал радостно:
— Ты у меня, у меня! — рассказал ей все случившееся и добавил: — Ты мне милее всех на свете; поедем со мною в замок отца — и будь мне супругою.

Белоснежка согласилась. Гномы и все лесные зверюшки устроили большой праздник.

Потом Белоснежка и принц поехали к принцу в замок, который находился неподалеку.

Их свадьба была сыграна с большим блеском и великолепием.
На это празднество была приглашена и злая мачеха Белоснежки. Как только она принарядилась на свадьбу, так стала перед зеркальцем и сказала:
             Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
             Кто здесь всех краше, кто всех милей?
Но зеркальце отвечало:
             Ты, королева, красива собой,
             А все ж новобрачная выше красой.
Злая баба, услышав это, произнесла страшное проклятие, а потом вдруг ей стало так страшно, так страшно, что она с собою и совладать не могла.
Сначала она и вовсе не хотела ехать на свадьбу, однако же не могла успокоиться и поехала, чтобы повидать молодую королеву.
Едва переступив порог свадебного чертога, она узнала в королеве Белоснежку. От злости сердце жестокой королевы-мачехи остановилось, и она умерла. Только об этом никто не жалел.
С тех пор Белоснежка с принцем жили счастливо и радостно, и уже никто не мешал их счастью.

Иногда Белоснежка и принц вместе со своими детишками ездили в гости к гномам или приглашали их к себе — ведь они так крепко подружились.


Диснейленд. Белоснежка и семь гномов.

Комментариев нет:

Отправить комментарий